Женщина, которая поет и... ждет

Театр-студия «Образ» представила свое видение истории Эдит Пиаф

«Образ». Имя этого театра для многих театралов уже перестало быть чем-то новым и незнакомым. Молодая, но амбициозная труппа театр-студии «Образ», не желая останавливаться ни на миг, презентовала любителям театра уже вторую весеннюю премьеру подряд. На этот раз на суд зрителей был представлен моноспектакль под названием «Эдит Пиаф. Исповедь» о жизни великой французской певицы. Режиссер-постановщик спектакля Ольга Михневич уже в который раз не побоялась взять сложный и очень ответственный материал, чтобы потом с успехом воплотить его в жизнь.

Вместо предисловия
Хорошо, когда театр начинается с вешалки. Это значит, что у театра есть свой гардероб, свой зрительный зал и, конечно же, своя сцена. Однако есть такие театры, которые, еще не имея своего собственного здания, уже имеют своего благодарного зрителя. С недавнего времени несколько небольших театров, у которых нет своей крыши над головой, любезно приютил малый зал дворца «Украина». А театр-студия «Образ» уже успела приучить этот уютный зал к аншлагам на своих спектаклях.

Этой весной театр «Образ» решил обратиться в своих постановках к историям великих женщин ХХ века. Нужно сказать, что этот замысел не появился из ниоткуда. Два года назад, как ни странно – тоже весной, «Образ» презентовал свой камерный спектакль «Любовь через века», который был соткан из монологов разных известных литературных персонажей. И лишь единственной реально существующей когда-то личностью среди всех героинь была Эдит Пиаф. В последствие – из этого монолога и родился целый моноспектакль с неизменной исполнительницей этой роли актрисой Оксаной Сытник. Остальные же монологи актеры решили переформатировать, взять биографии других великих женщин ХХ века и создать из них отдельный спектакль, который был назван «В объективе – женщина».

vel zh

Более того, это получился целый масштабный проект, а точнее – документально-театральное исследование о семи великих женщинах ХХ века, куда вошли истории жизни Мата Хари (Татьяна Баландина), Ольги Книппер-Чеховой (Оксана Прогнимак), Фриды Кало (Мария Татаринова), Лени Рифеншталь (Елена Владимирова), Камиллы Клодель (Людмила Замидра) и Коко Шанель (Ксения Литвин). Уникальность этого проекта состоит в том, что он полностью был придуман и написан актерами театра с помощью идей режиссера.

Певцов много – артистов мало
Пьеса «Равнодушный красавец», по мотивам которой режиссер Ольга Михневич и поставила моноспектакль «Эдит Пиаф. Исповедь», был написан в 1940 году специально для мадемуазель Пиаф ее близким другом, известным драматургом Жаном Кокто. Но актрисой Эдит Пиаф все же не стала, ведь ей было предназначена другая слава – слава золотого голоса Франции. Она пела. А теперь – она хочет сказать…

На сцене – обычный отельный номер. Большое окно, торшер, столик, стул, графин с алкоголем, телефон… Но всё указывает на то, что здесь живет певица. Разбросанные по всему полу музыкальные пластинки, старенький граммофон и афиши, много афиш с ее изображением. Она на них, она на пластинках, она везде, в каждом уголке этой комнаты, она прислушивается, она замирает, она вздрагивает и боится пошелохнуться. Она ждет… все время ждет. Ждет мужчину, который больше ее не любит…

DSC 0076

Вот только что она стояла на сцене, в свете ослепляющих софитов, в своем неизменном маленьком черном платье, перед публикой, обожающей ее и готовой пойти ради нее на всё. А потом свет гаснет, и она остается одна. И никто из зрителей не знает, какая жизнь ждет ее после того, как она уходит со сцены и идет домой. «Артисты и публика не должны встречаться. После того, как занавес падает, актер должен исчезнуть, как по мановению волшебной палочки». Это ее слова, и она очень хорошо знала, о чем говорит.

Заежженая пластинка
В этом спектакле довольно мало Пиаф-певицы. И намного больше Пиаф-женщины. Женщины, которая живет в постоянном ожидании. И которая любит мужчину, больше не испытывающему к ней никаких чувств. Она только вернулась после своего концерта, все еще в том же маленьком черном платье. Только это платье уже не выглядит так празднично, как при свете софитов. И голос у нее уже не такой сильный, а немного надломленный и охрипший, который время от времени срывается на крик и плач, и каждый нерв пульсирует в этом звуковом потоке.

Больше всего в этот момент ей хочется быть кому-то нужной. Но вместо этого ее встречает лишь пустая комната, в которой находится ее злейший враг – настенные часы… Она ненавидит на них каждую цифру и готова вырвать все стрелки на циферблате. Эти часы для нее невыносимы, а звук тиканья кажется в несколько раз громче, чем он есть на самом деле. Эти часы то бегут, как сумасшедшие, то крадутся так медленно, что начинаешь сходить с ума. Как она. Так бывает, когда очень долго кого-то ждешь…

И вот, наконец, заходит Он, ее мужчина, ее красавец. Но это только кажется, что в этой комнате появился кто-то еще. А на самом деле она по-прежнему глубоко одинока. И все ее слова будто летят в пустоту. Ведь Он ее совершенно не слушает. Он читает. Он спит. Ему безразлично. Он показывает, что ее для него не существует.

DSC 0164

А она говорит, говорит, говорит… То медленно, то быстро, то громко, то тихо, то серьезно, то весело, то легко, то сцепив зубы… Она хочет, чтобы ее услышали. Но добивается только того, что Он, может быть, слышит только звук ее голоса, как запись на старой, никому не нужной кассете. Разочарованная певица вертится по кругу своих эмоций и чувств, как пластинка на граммофоне, выплескивая все то, что накопилось у нее внутри за всё время ожидания. А когда слов не хватает, она начинает петь… Она поет на чужом, незнакомом французском языке, но, кажется, будто понимаешь каждое слово и улавливаешь смысл каждой фразы. Она поет о том, что не смотря ни на что, она ни о чем не жалеет.

На сцене – отельный номер. Разбросанные повсюду пластинки, с которыми она игралась, как ребенок. Графин с алкоголем, испитый почти до дна. Часы, которым всё равно, который сейчас час. И совсем одна ОНА... Великая Эдит. Великая на сцене. А дома… жалкая, сутулая, одинокая женщина. Женщина, которая просит прощения за то, что… любит.